![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
и обеспечил бессмертие
У человека был талант, были огромные амбиции, умение играть Наполеона, но не было ни привлекательности, ни (с какого-то момента, очень скоро после звёздного часа) удачи. Судьба странная: "в своём отечестве" он давно никому не нужен, и отношение всех к нему, кроме разве что Ольшанского и поклонников субкоманданте из Фаланстера, сводится к некрологической формуле Бунина:
Прежде был бы потрясен злым восторгом, что наконец-то эта кровавая гадина дождалась окончательного возмездия. Теперь отнесся к этому довольно безразлично.
Мало кому удавалось создать национальное согласие всех партий настолько уверенно.
В Штатах и Японии его движение -- удел фриков; в Европе -- наследная религия части интеллектуалов, используемых как электоральная табуретка под министров-капиталистов, то под Шрёдера, то под Олланда. В Центральной и Южной Америке партии чуть больше и коалиции шире, но нигде его последний интернационал никогда не правил. На нашей памяти нео-"маоисты" -- и то, в стране, где армия прошла британскую выучку, после долгой борьбы свергли короля. Тут только унылый стон на редеющих митингах -- travailleuses, travailleurs.
Однако же -- великий писатель, причём даже не его последователь, вывел его и в Animal Farm, и в Nineteen Eighty-Four и превратил в литературный образ, идеализованный, но памятный и нуждающийся в комментарии; и в нём он и останется.
Прежде был бы потрясен злым восторгом, что наконец-то эта кровавая гадина дождалась окончательного возмездия. Теперь отнесся к этому довольно безразлично.
Мало кому удавалось создать национальное согласие всех партий настолько уверенно.
В Штатах и Японии его движение -- удел фриков; в Европе -- наследная религия части интеллектуалов, используемых как электоральная табуретка под министров-капиталистов, то под Шрёдера, то под Олланда. В Центральной и Южной Америке партии чуть больше и коалиции шире, но нигде его последний интернационал никогда не правил. На нашей памяти нео-"маоисты" -- и то, в стране, где армия прошла британскую выучку, после долгой борьбы свергли короля. Тут только унылый стон на редеющих митингах -- travailleuses, travailleurs.
Однако же -- великий писатель, причём даже не его последователь, вывел его и в Animal Farm, и в Nineteen Eighty-Four и превратил в литературный образ, идеализованный, но памятный и нуждающийся в комментарии; и в нём он и останется.