![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Есть у Ходасевича такое псевдоисследование, "Жизнь Василия Травникова": мистифицированная биография поэта, современника Жуковского, с публичным чтением которой ВФХ выступал в Париже, а потом, когда все поверили, саморазоблачился. Так вот, там есть такое место:
Откуда эти строчки? Стихи Василия Травникова -- интересное поле для исследований; как установил Волчек, несколько строк Ходасевич взял у Муни ("О сердце, колос пыльный"), что-то, наверное, сочинил ad hoc, чего-то мы никогда не узнаем. Ходасевич мог услышать пришотча или пришотца под Псковом, в Порхове или Бельском устье летом 1921 г. и сочинить в шутку двустишие с этим словом. Конечно, эту форму можно было услышать и в Петрограде, и раньше в Москве. Бывал ли он на Валдае (как утверждает мистифицирующий рассказчик "Жизни ВТ"), я не знаю.
Ознакомившись с поэтическими опытами нового своего питомца, Измайлов пришел в ужас от того, что Васенька в стихах изъяснялся валдайским мужицким говором; действительно, в басне "Пегий и Соловый" он между прочим рифмовал так:( лингвистический комментарий )
Однажды поутру Соловый наш пришотца
Испить воды у ихнего колодца.
Откуда эти строчки? Стихи Василия Травникова -- интересное поле для исследований; как установил Волчек, несколько строк Ходасевич взял у Муни ("О сердце, колос пыльный"), что-то, наверное, сочинил ad hoc, чего-то мы никогда не узнаем. Ходасевич мог услышать пришотча или пришотца под Псковом, в Порхове или Бельском устье летом 1921 г. и сочинить в шутку двустишие с этим словом. Конечно, эту форму можно было услышать и в Петрограде, и раньше в Москве. Бывал ли он на Валдае (как утверждает мистифицирующий рассказчик "Жизни ВТ"), я не знаю.
