Неопределимые

У Гаспарова в ЗиВ говорится, что предлагалось в биобиблиографическом словаре (судя по контексту -- в "Писателях до семнадцатого года") на 10 крупнейших имён давать только библиографию: "какой бы спор вышел за последние места в этом патенте на великость!" Этого не было сделано, но там есть подобный приём: после имён и дат жизни крупнейших не идёт определения в одно-два слова, "кто это такой". Например, про Андрея Белого, написавшего, в частности, "Мастерство Гоголя", сказано, что он поэт, прозаик, литературовед и мемуарист, а про самого этого Гоголя, которого мастерство, сказано просто, когда и где он родился, умер и похоронен, и сразу начинается статья. Как о Боге по схоластам -- ничего нельзя сказать положительного, только можно сказать, чем Он не является.

Состав этого патентника на благородство кое в чем интересен: например, туда не входит "поэт" Блок (входил бы, было бы немножко обидно за Борю :), но входит Лесков, что как минимум неочевидно. Не знаю, как в V томе, корректуры которого уже держатся; но напечатанная преждевременно en fascicule статья Сурат и Бочарова о Пушкине, из которой я некогда выписывал особо понравившиеся перлы, после заголовка всё же содержит определение: "поэт" (думаю, в словаре её не будет, а то уж странно как-то). Жуковский во втором томе в великие не попал и называется "поэт, перевоодчик, критик" (характерно, что помета "поэт" после Пушкина и Блока является как бы промежуточной ступенью к апофатической гениальности Гоголя и Лескова: подразумевается, что их драматургическая, переводческая, критическая и публицистическая деятельность -- а у Пушкина и проза -- "поглощена" поэзией, чего со сравнительно малоизвестной критикой Жуковского не произошло).