получи, лингвист, коктейль Молотова

Только что приехал в Хельсинки на конференцию под названием "О русскости".

Только вчера сообразил, что приурочена она наверняка к 70-летию советско-финской войны.

<...> Дмитрий Владимирович наконец решился <...>

Купил по дороге в Пулкове-2 "Оригинал Лауры" (2010 год на титуле) и прочитал. Обрамлено сочинение двумя нервными (разумеется, подражательными на всех уровнях) текстами сына и Барабтарло, которые сражаются с журналистами и интернетчиками, якобы видящими в сочинении автобиографию. Конечно, семейная история, образ жены -- не автобиография; но изображённое до страха чувство умирания, до боли сжимающего истребления и мучительного стирания по частям себе дорогого, даже с неизбежными у него в этот период сексуальными делами, конечно же, собственное (о чём проговаривается и сын, говоря об эпизодах с педикюром больного). Я уже говорил, кажется, что для меня он инопланетный разум; это осталось, но тут резко до слёз его жалко; не знал, что за чудовищным для писателя хобби -- ловлей бабочек -- он и встретил в сущности смерть свою, сорвавшись со скалы, после чего уже не оправился. Но эта старость, полная, несмотря на чуждость мне, поэзии и страсти, конечно, лучше, чем обидчиво-самопародийная старость наследников, которые, что бы ни воображали, от "обиженных" советских литераторов и непризнанных гениев, вдов и учеников мало чем отличаются.