![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Добавлю несколько слов к анализу берестяной грамоты из Старой Руссы № 43 (в прошлый раз мы закончили с ней несколько поспешно).
Итак, если Домажир Торлинич погиб в 1224 году в бою с литовцами вместе со своим сыном – который, следовательно, тоже уже был взрослым воином – то самому Домажиру было лет 40-50, следовательно, деятельность его отца Торли должна приходиться на конец XII века. Именно так датируется «Торлина грамота» из Русы. В прошлый раз мы не обратили внимание на этимологию имени Търля. До того, как уже в Москве нашёлся Домажир, в экспедиции для имени Тороля на бересте первоначальные искали иноязычные (германские или финно-угорские) корни, но после выявления формы Търля вполне можно предложить надёжную славянкую этимологию. Корень тут тот же, что в глаголе тереть, -л- -- причастный суффикс, основа означает «тёртый»; в польском языке это причастие даже и существует в виде tarły. Далее, в некоторых славянских языках имеются этимологические соответствия търля (сербский и словенский) или търлица со значением 'мялка, приспособление для перетирания льна'. Кроме того, Торля в сербском языке – прозвище человека, подлавливающего соперника в игре на неудачах. Не обязательно в древнерусском у этого слова уже была такая коннотация, но такое славянское прозвище вполне реально, и иноязычную этимологию для него искать не надо.
В словаре Тупикова нашлись следы также имени Оленьць, отразившееся в имени женщины по мужу Оленьчевая; там фигурирует человек по имени Волъ Оленчичь (с нашим Оленцем не связанный). Это была семья, представители которой получали прозвища по разным животным (такое «тематическое» имянаречение на Руси известно).
К сожалению, в прошлый раз многое пришлось говорить бегло – это недостаток года, когда много найдено. Перейдём к грамотам предыдущего хронологического слоя: середины – 70-х годов XII века. Здесь мы обнаруживаем группу тесно связанных писем, в том числе 6 писем одного и того же автора одному и тому же адресату – с таким мы раньше не сталкивались.
( Read more... )
Итак, если Домажир Торлинич погиб в 1224 году в бою с литовцами вместе со своим сыном – который, следовательно, тоже уже был взрослым воином – то самому Домажиру было лет 40-50, следовательно, деятельность его отца Торли должна приходиться на конец XII века. Именно так датируется «Торлина грамота» из Русы. В прошлый раз мы не обратили внимание на этимологию имени Търля. До того, как уже в Москве нашёлся Домажир, в экспедиции для имени Тороля на бересте первоначальные искали иноязычные (германские или финно-угорские) корни, но после выявления формы Търля вполне можно предложить надёжную славянкую этимологию. Корень тут тот же, что в глаголе тереть, -л- -- причастный суффикс, основа означает «тёртый»; в польском языке это причастие даже и существует в виде tarły. Далее, в некоторых славянских языках имеются этимологические соответствия търля (сербский и словенский) или търлица со значением 'мялка, приспособление для перетирания льна'. Кроме того, Торля в сербском языке – прозвище человека, подлавливающего соперника в игре на неудачах. Не обязательно в древнерусском у этого слова уже была такая коннотация, но такое славянское прозвище вполне реально, и иноязычную этимологию для него искать не надо.
В словаре Тупикова нашлись следы также имени Оленьць, отразившееся в имени женщины по мужу Оленьчевая; там фигурирует человек по имени Волъ Оленчичь (с нашим Оленцем не связанный). Это была семья, представители которой получали прозвища по разным животным (такое «тематическое» имянаречение на Руси известно).
К сожалению, в прошлый раз многое пришлось говорить бегло – это недостаток года, когда много найдено. Перейдём к грамотам предыдущего хронологического слоя: середины – 70-х годов XII века. Здесь мы обнаруживаем группу тесно связанных писем, в том числе 6 писем одного и того же автора одному и тому же адресату – с таким мы раньше не сталкивались.
( Read more... )
