Гибель Дагни Юль

В Тбилиси недалеко от Сухого моста есть площадь, на которой стоят два несколько обшарпанных дома. В левом из них когда-то был "Лондон", в правом -- "Гранд-Отель", известные гостиницы в Тифлисе (вторая, кажется, не настолько шикарная as the name implies). На обоих сейчас висят таблички с норвежскими именами и датами рубежа XIX и XX веков. В "Лондоне" жил выдающийся писатель Кнут Гамсун, а в "Гранд-Отеле" писательница (увы, не "выдающаяся", но не всем же Нобелевские премии иметь, как Гамсуну) Дагни Юль погибла трагической смертью. Под второй доской продаётся ковёр и фотоальбом некого А. М. Д. (была такая значимая для эпохи символизма ассоциация, но это совпадение) из 1909 года.


Дагни Юль была женой Станислава Пшибышевского. Его имя и имя Гамсуна неразделимы с русским Серебряным веком. Сейчас их (даже Гамсуна, будем честны -- и не только из-за его сотрудничества с Гитлером) мало кто читает. Но в то время русский писатель-модернист -- да и читатель, следивший за современной литературой, -- непременно зачитывался обоими. Гамсун выходил огромными тиражами: русские девушки называли возлюбленных Гланами, а себя Иллаяли. Под влиянием плохих переводов Пшибышевского, копировавших польский синтаксис, русские модернисты писали без местоимения "он": "Вошел. Крикнул". Без них двоих не было бы, конечно же, в привычном нам виде ни Андрея Белого, ни Ахматовой, ни... список можно продолжать, вплоть до советской прозы 20-х. Со своей стороны, северяне тоже любили Россию и посещали наиболее раскрученный с туристической точки зрения регион империи -- "Кавказ", как это тогда называлось без особой дифференциации.

История Дагни Юль -- готовый сериал, финдесьекль как он есть, а также известный и в русской литературе сюжет.

Её в детстве воспитывала одна из первых норвежских феминисток, но статья о ней в английской Википедии определяет ее как "famous for her liaisons with various prominent artists". Такова была женская доля. Юль рано освоилась в богемном мире Христиании (как тогда назывался Осло). Там она познакомилась с Эдуардом Мунком, который много ее писал и взял ее в Берлин, где уровень богемы был, конечно, совсем другой. Потом был короткий роман с Августом Стриндбергом (напомним, Швеция в это время в унии с Норвегией) и собственно брак с Пшибышевским.



Наступает первая трагедия: Пшибышевский пытается вернутья к предыдущей (неофициальной) жене, матери его детей, вскоре та гибнет от отравления угарным газом, и Станислав некоторое время проводит в тюрьме по подозрению в убийстве, откуда выходит, оправданный, как принято говорить, законом, но не молвой.

У Дагни рождается двое детей от Пшибышевского, но воспитывать их негде, кроме как у ее родителей в Норвегии: отец пьет, у обоих родителей постоянно новые романы, по два и три одновременно. Место действия переносится в австрийскую часть Польши, где муж знакомит Дагни с новыми поклонниками, в том числе Генриком Сенкевичем, а также, разумеется, время от времени в Париж. Летом 1901 года Юль едет на Кавказ с сыном промышленника Владиславом Эмериком, взяв с собой пятилетнего сына Зенона, которого совсем некуда было пристроить. 5 июня Эмерик убил ее в номере "Гранд-Отеля" выстрелом в голову и сам попытался застрелиться. Мальчик на все это смотрел.

Зенон Пшибышевский прожил долгую жизнь, 93 года, воспитывался в Швеции, стал дипломатом, написал по-шведски воспоминания под названием "И я был в Аркадии". Ничего так Аркадия.
Считается, что убийство Дагни Юль нашло отражение в рассказе Бунина "Генрих". "Венские пропойцы, вроде Пшибышевского", там даже прямо упоминаются.