![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Entry tags:
Joyeux anniversaire
Сегодня, 14 февраля, мне хочется помянуть не епископа, в другой день празднуемого, а другое событие -- к любви, впрочем, имеющее самое прямое отношение. Началось всё с торжества любви братской и христианской над франкской дикостью, когда, бывало, "Хлодберт замышлял убить своего брата Сигберта, но Сигберт увидел ноги его людей за занавеской" -- какие-то латиноамериканские или кавказские анекдоты.
Именно в этот день тыщу сто с лишним лет назад, 14 февраля 842 года, в такой же не сильно погожий день на равнине у города Аргентария, который народ все равно называл по-германски Страсбургом, стояли два внушительных войска, пришедшие одно с юга и запада, другое с востока. Поодаль на утреннем морозе :)) стояли преждевременно лысеющий юноша Карл, лишённый наследства и получивший от рода сначала только имя великого деда, и зрелый и опытный в боях его сводный брат Людовик, годившийся Карлу в отцы. Солдаты хотели лично слышать, что обещают друг другу их начальники. Начал старший -- Людовик; он рассказал по-немецки, что третьего брата, получившего Италию и тот кусок к западу от Рейна, который и сейчас носит его имя, Лотаря, усмирить и призвать к миру не удаётся. Воевать с братом -- грех, но хотя бы нужно двум другим братьям поклясться не трогать друг друга и не дружить с третьим, беззаконником.
Но это всё понимала только пёстрая толпа, приведённая из-за Рейна. Когдатошние потомки галлов, уже сильно германизированные, слышали кучу знакомых слов, но не более того. Говорить с солдатами на латыни, конечно, было бы странно. Это не через Алкуина с епископами переписываться в стихах, а потом слушать ответные стихи, как Нарбут в парикмахерской -- "красиво и непонятно".
Поэтому Людовик подошёл с лысеющим юношей к полкам тулузцев и лугдунцев, бурдигальцев и орлеанцев. И над долиной Аргентария в морозном воздухе раздалось то, что их двоюродный брат Нитгард -- которого келья спасла от всего этого безобразия с походами, оружием за занавеской, интригами вторых жён, ядом -- потом записал. "Не отпирайтесь, вот что вы говорили" -- кажется, таков был point того, что слова в летописи на латынь не перевели. Людовик заговорил на языке, который вряд ли хорошо знал -- мог и "по бумажке", внуков Карла, кажется, читать уже (ещё) научили, но скорее всего, повторял то, что ему говорил какой-нибудь романский вельможа, подмешивая и кое-что из латыни. Бывшая латинская речь, почти без падежей, без конечных гласных, с почти вытершимися средними согласными, с приставшим намертво к инфинитиву ошмётком глагола "иметь", зазвучала вдруг не хуже, чётко и сразу к смыслу, как гвоздь и копьё.
Pro Deo amur et pro christian poblo et nostro commun salvament, d’ist di en avant, in quant Deus savir et podir me dunat, si salvarai eo cist meon fradre Karlo, et in aiudha et in cadhuna cosa, si cum om per dreit son fradra salvar dift, in o quid il mi altresi fazet, et ab Ludher nul plaid num quam prindrai qui meon vol cist meon fradre Karle in damno sit.
А потом передние ряды воинов ответили.
Si Lodhuvigs sagrament que son fradre Karlo jurat conservat, et Karlus meos sendra de suo part non lostanit, si jo returnar non l’int pois, ne jo ne neuls cui eo returnar int pois, in nulla aiudha contra Lodhuuvig nun li iv er.
И вот в этих словах были "все яблоки, все золотые шары". Фруассар и Коммин, Вийон и Лабе, Марот и Рабле, Корнель и Расин, Паскаль и Картезий,Вольтер и Руссо я такого не хочу даже вставить в книжку, -- Шенье и Ламартин, и Бодлер, и Верлен, и Леконт, и Гюго, hélas, и Малларме, и маль-эме Костровицкий, а дальше про свои симпатии говорить не буду, а то некоторые ЖЖ-юзеры скажут, что нет таких авторов.
И третьим словом было "любовь".
pro deo amur et nostro commun salvament...
С днём рождения!
Именно в этот день тыщу сто с лишним лет назад, 14 февраля 842 года, в такой же не сильно погожий день на равнине у города Аргентария, который народ все равно называл по-германски Страсбургом, стояли два внушительных войска, пришедшие одно с юга и запада, другое с востока. Поодаль на утреннем морозе :)) стояли преждевременно лысеющий юноша Карл, лишённый наследства и получивший от рода сначала только имя великого деда, и зрелый и опытный в боях его сводный брат Людовик, годившийся Карлу в отцы. Солдаты хотели лично слышать, что обещают друг другу их начальники. Начал старший -- Людовик; он рассказал по-немецки, что третьего брата, получившего Италию и тот кусок к западу от Рейна, который и сейчас носит его имя, Лотаря, усмирить и призвать к миру не удаётся. Воевать с братом -- грех, но хотя бы нужно двум другим братьям поклясться не трогать друг друга и не дружить с третьим, беззаконником.
Но это всё понимала только пёстрая толпа, приведённая из-за Рейна. Когдатошние потомки галлов, уже сильно германизированные, слышали кучу знакомых слов, но не более того. Говорить с солдатами на латыни, конечно, было бы странно. Это не через Алкуина с епископами переписываться в стихах, а потом слушать ответные стихи, как Нарбут в парикмахерской -- "красиво и непонятно".
Поэтому Людовик подошёл с лысеющим юношей к полкам тулузцев и лугдунцев, бурдигальцев и орлеанцев. И над долиной Аргентария в морозном воздухе раздалось то, что их двоюродный брат Нитгард -- которого келья спасла от всего этого безобразия с походами, оружием за занавеской, интригами вторых жён, ядом -- потом записал. "Не отпирайтесь, вот что вы говорили" -- кажется, таков был point того, что слова в летописи на латынь не перевели. Людовик заговорил на языке, который вряд ли хорошо знал -- мог и "по бумажке", внуков Карла, кажется, читать уже (ещё) научили, но скорее всего, повторял то, что ему говорил какой-нибудь романский вельможа, подмешивая и кое-что из латыни. Бывшая латинская речь, почти без падежей, без конечных гласных, с почти вытершимися средними согласными, с приставшим намертво к инфинитиву ошмётком глагола "иметь", зазвучала вдруг не хуже, чётко и сразу к смыслу, как гвоздь и копьё.
Pro Deo amur et pro christian poblo et nostro commun salvament, d’ist di en avant, in quant Deus savir et podir me dunat, si salvarai eo cist meon fradre Karlo, et in aiudha et in cadhuna cosa, si cum om per dreit son fradra salvar dift, in o quid il mi altresi fazet, et ab Ludher nul plaid num quam prindrai qui meon vol cist meon fradre Karle in damno sit.
А потом передние ряды воинов ответили.
Si Lodhuvigs sagrament que son fradre Karlo jurat conservat, et Karlus meos sendra de suo part non lostanit, si jo returnar non l’int pois, ne jo ne neuls cui eo returnar int pois, in nulla aiudha contra Lodhuuvig nun li iv er.
И вот в этих словах были "все яблоки, все золотые шары". Фруассар и Коммин, Вийон и Лабе, Марот и Рабле, Корнель и Расин, Паскаль и Картезий,
И третьим словом было "любовь".
pro deo amur et nostro commun salvament...
С днём рождения!
Спасибо
no subject
Тем более, что язык французской я люблю вельми паче литературы на оном :-)
no subject
Хотя понимаю диалектическое единство :))
no subject
no subject
вот так и открывай после этого каты и подкаты
no subject
Наоборот!
no subject
no subject
no subject
простите, что в упор не понимал простых положительных чувств :))
no subject
no subject
(и вообще, jo не смог расшифровать)
no subject
думаю, это попросту je. Je, Sire :))
no subject
- Жо...
- Жё, Антуан, жё!
:)
no subject
no subject
no subject
(La Nouvelle Héloïse, значит, не любите?)
no subject
no subject
Процессуальность
no subject
Спасибо.
no subject
no subject
qui de bon cuer le servira,
ja sa peine ne perdera...