mitrius | yeux ouverts au ciel vide

Его текст был в хрестоматии для начинающих, по которой мы учились. А спустя год я видел его в коридоре на факультете.

За странным занятием: он стоял между кафедрой ОбСрЯ и 956-й аудиторией; в этом месте были выставленные из аудиторий шкафы. По-моему, красили стены, -- едва ли меняли мебель. Шкаф был развёрнут к стене полками, а к людям задней гофрированной стенкой. Он подошёл и стал в задумчивости скрести эту гофрированную стенку. Он казался гораздо моложе своих 77.

А мы с

txori и

pan_twardowski стояли напротив двери в 957.

-- Tiens, c'est Robbe-Grillet, -- сказала

txori.
-- M. Robbe-Grillet! -- позвали мы тихо, в шутку, не рассчитывая, что он нас услышит. -- M. Robbe-Grillet! Ne grattez pas l'armoire!

Нас он не слышал, но действительно вскоре оставил армуар и пошёл, вместе уже с подошедшими спутниками, по направлению к пушкинской гостиной -- на встречу со студентамифилологическогофакультетаэмгеу.

Сколько раз я жалею, что видал разных людей в лучшем случае только вот так, не ходил на встречи, не слышал их, занимаясь потом вместо того какой-то абсолютной фигнёй.

А шкаф, я думаю -- символично всё-таки. Бренная никчемная мебель, явившаяся людям бренной изнанкой. В отличие от доставшегося ему через шесть лет парадного тридцать второго кресла, места Вожла, Данжо, маршала Ришелье и Альфреда де Виньи, которое сегодня опустело. (если б оно одно; Люстиже, Мессмер, Труайя -- мор какой-то).