2-Самюэль-2

[mitrius]

В 1918 году в тринадцатом аррондисмане воюющего и гриппующего Парижа родился мальчик по имени Самюэль. Когда твоего папу из Оренбурга, актёра, зовут Лазарь Самуилович Кессель, а дедушку-врача из Шавлей, соответственно, Шмуэль-Ошер, это, согласитесь, не лишено логики. А когда и у мамы Леониллы, тоже актрисы и внучки изобретателя граммофона и автора бессмертного стихотворения "Сухая селедка" Шарля Кро, девичья фамилия Самюэль, это даже красиво в английском духе. Проблема в том, что мама была в то же время замужем за художником из Швейцарии Роже Вильдом и решила ономастически уважить обоих своих мужчин: новорождённого записали Самюэлем Роже Шарлем Вильдом, законным сыном художника, причем мэр специально отметил, что в отсутствие отца о младенце заявляет акушер.
Художник, очевидно, явился, не понял юмора, и в 1919 году судебным решением брак был расторгнут, а Самюэлю было воспрещено носить такую фамилию. Тут бы юному актёру Лазарю его и узаконить, но, даже если это и входило в его планы, что не факт, уже в следующем году он застрелился в Ницце. Стал младенец, куда деваться, Самюэль Самюэль.

И тут в эту богемную историю вмешивается почтенный нотариус из Лилля, который женится на Леонилле и дает ей и сыну свою фамилию Дрюон. От второго экземпляра имени тот избавляется уже самостоятельно, взяв (не в войну ли на вишистском юге, откуда бежал к де Голлю? или раньше?) имя Морис, но официально впишет его в свои документы уже членом Академии, прославленным автором нетленки о королях и за пару лет до того, как Помпиду назначит его министром культуры. А его дядя и покровитель Жозеф Кессель, брат актера Лазаря, был избран в Академию чуть раньше, в 1962 году.

Вместо иллюстрации: рисунки художника Вильда, дожившего, в отличие от соперника, до 1987 года.