Mitrius' LiveJournal

Ходасевич, собственно, оговорился, что о художественной стороне специально говорить не будет (хотя сразу признаёт, что "дарование Зощенки незаурядное"). Его именно интересовало это как сигнал с Марса -- как там теперь живут уважаемые граждане, с пониманием того, что гротеск этот, конечно, гротеск, но только до известной степени. Люди живут в полной изоляции, даже бывшей жене пишут в Ленинград с чужого имени, чтобы ей не навредить, знакомый, находящийся в Париже с легальной поездкой (Бама Эфрос), встретив Ходасевича в книжном магазине, делает вид, что его не знает, жизнь "там" меняется стремительно и неизвестно куда. При такой жизни каждый клочок бумаги с родины будешь изучать, как письмо в бутылке и "человеческий документ". (Притом 90% проплывающих мимо бутылок -- это послания не живых людей, а письма от пионерской ячейки комсомолу будущего).