во-первых, я как бы хочу передать привеетик себе...

Поцелуй от меня сама себя (профессор Шилейко своей экс-голубке госпоже N, май 1925 г.; так и хочется сказать, что она всю жизнь целовала от других саму себя)

Вообще настолько обаятельный образ складывается из всего, что он писал.

датирующий признак

Разумеется, женщины любят называть себя Тельчихами и прочими Козерожками, но обезьян, петухов и прочих скрывают -- можно вычислить, что тебе 24 или 36, и сделать правдоподобный выбор.

Я где-то у френдов читал про девушку, которая родилась 29 февраля, и все так же делали выбор между 20, 24, 28, 32 и проч.

Но самые несчастные девушки -- которых назвали Липами. Знаю таких несколько. Пройдут годы, и никто не поверит, что они родились в 2014 году.

Имена на обложках ЖЗЛ

В советское время их писали, кажется, по принципу отсутствия однофамильцев. Ну или "Томас Мор" -- мор такое слово, что человека без имени так назвать нельзя.

Сейчас неясно. Книга Быкова называется "Борис Пастернак" - отец-художник, Лосева -- "Иосиф Бродский" -- не отец-художник, ОК, "Марина Цветаева" -- сестра, ладно (тем более что её исследовательницыЪ все метят в сонечки и зовут её мариной), а вот книга Лекманова "Мандельштам" -- физики в загоне?

На обложках читаем: Нестор Махно, Франц Кафка, Даниил Хармс, Леонид Утёсов, Сергей Есенин. Сопоставимых однофамильцев вроде нет. "Корней Чуковский" -- кому придёт в голову писать ЖЗЛ о младшем Коле, при всём уважении? А почему "Карл Маркс" -- ясно, что не братья и не А. Ф.? И длинный ряд одним словом -- "Брюсов", "Павленков", "Витте", "Высоцкий", "Брежнев", "Старшинов", "Потемкин", "Пушкин", "Гоголь" (повезло пушкину-и-гоголю, в отличие от Хармса :)), "Лосев" ("скорее Лифшицу" ещё рано), "Пришвин", "Паскаль", "Дунаевский" и т. п. Книга "Руденко" о генпрокуроре, но были шахматистка и маршал авиации, вряд ли кто-то особо перевешивает на весах народной памяти. "Воронцов" -- книга о фельдмаршале, но и отец его был достойным человеком, и Воронцовы-Дашковы были. Ну а "князь Шаховской" об одном не самом заметном князе Шаховском и "Нестеров" о художнике без учёта лётчика -- явные проколы. Вообще странная мода писать на обложку титул, её завёл приснопамятный Захаров. Или всем, или никому (ну если это не литературное имя, как у де Сада).

Случай названий "Лариса Рейснер" и "Айседора Дункан" особый -- несклоняемых женщин не принято называть одной фамилией, всегда говорят и пишут "Зинаида Гиппиус" и "Евгения Гинзбург".

А вот советская книга ЖЗЛ "Алексей Толстой" 1978 года и нынешняя книга многоплодного Варламова 2008 года, посвящённые только одному из Алексеев Толстых (угадайте с трёх раз какому) -- это хамство. Другому Алексею Толстому досталась двухэтажная шапка с отчеством (1982). Как и его современнику Илье Николаевичу Ульянову годом раньше.

Другое такое же советское хамство -- книга "Пуанкаре" 1979 года о математике.