нам пишут

Из Индии пришёл список книжных новинок; оказывается, в 1928 году в Лондоне некто Вильгельм Хевеши издал книжку, называющуюся так: Munda-Magyar-Maori : an Indian link between the antipodes; new tracks of Hungarian origins. Согласно аннотации, содержит аутентичное этнографическое описание маори и венгров (насколько аутентично описание мунда и есть ли оно, не говорится). В книге две части: 1) Maori and Magyar -- 2) The Munda, the link between Magyar and Maori. Сердце чует, что должны привлекаться и другие народы на ту же букву.

А почему ж эта нетленка в списке новых поступлений? А её переиздали в Дели. Заказать, что ли, по приколу?

Пришла открытка от matnat и ansate из Швеции -- спасибо огромное!

"иные вот чего, и то ничего"

Наверняка сто раз должно было отмечаться в литературе, что известные речи Пушкина о безнравственных сочинениях, потворявшиеся им неоднократно:

Что б они сказали Фонвизину, который императрице Екатерине читал своего «Недоросля», где на каждой странице эта невежливая Простакова бранит Еремеевну собачьей дочерью?....

И ужели творцы шутливых повестей Ариост, Бокаччио, Лафонтен, Касти, Спенсер, Чаусер, Виланд, Байрон известны им по одним лишь именам? ужели по крайней мере не читали они Богдановича и Дмитриева? Какой несчастный педант осмелится укорить «Душеньку» в безнравственности и неблагопристойности? Какой угрюмый дурак станет важно осуждать «Модную жену», сей прелестный образец легкого и шутливого рассказа? А эротические стихотворения Державина, невинного, великого Державина?

восходят к предисловию "Апулея Ризория" к "Орлеанской девственнице" (женевское издание 1762 года). Только вместо Фонвизина и Екатерины там Рабле, посвящавший кардиналу "Гаргантюа", где глава о подтирках ещё самая приличная. (А у меня был не только текст Гаргантюа для детей, где герой вытирает нос, но и к нему гравюры Доре с носом и соплями).

NB NB и редакторские действия Вольтера с "Pucelle", сократившего непристойности и отрекшегося от них (в том же предисловии) якобы как от чужих; это повлияло не только на "Свойственника", где Вольтеру, как известно, приписана ситуация с Гавриилиадой, но и, может быть, на собственное редактирование Руслана и Людмилы, тем более что в РиЛ много (как опять же известно) подражаний Девственнице.