За Волгу проженемо

В "Кондуите и Швамбрании", где действие происходит в слободе Покровской (с 1914 года -- город Покровск) напротив Саратова (ныне это Энгельс), есть несколько категорий персонажей:

1) Герои и их семья -- "евреи, и наша кошка тоже еврей". Русскоязычные.
2) Немногочисленные другие представители национальных меньшинств -- другие евреи, немцы (предполагаю, что в редакциях до 1941 года немцев было больше -- Энгельс как-никак столица АССР Немцев Поволжья), китайцы. Они говорят тоже на русском (иногда искажённом);
3) Несимпатичное начальство -- директор, учителя, поп, полиция. Русскоязычные.
4) Основная масса симпатичного населения Покровска. Почти все они говорят на каком-то непонятном мне в детстве языке, грамматически напоминающем русский. Смутно догадывался по контексту, что "чи" -- это "или".

Сейчас перечитал. "Батько мий" (приводятся строки колядки), "хай тоби бис", "нэ трэба" (этого очень много), и инспектор называет класс "Хохляндия". Это никак специально не педалируется и не комментируется, предполагается, что советский ребёнок в любой республике всё это должен понимать (да и знать, что "Хохляндия" -- это не Швамбрания, а существующая страна, хотя слово обидное и почти непечатное).

Это что такое? Действительно такой четкий в слободе был украинский (переселенческий, разумеется) колорит? Сейчас в Саратове говор южнорусский, но всё же явно русский -- с очень сильной редукцией (они "грят п-сратски"), подозреваю, что и в Энгельсе то же самое (тем более что пол-Саратова там живёт как в спальном районе).

Кто прядёт лён, кто прядёт шерсть

А можно Наталью О'Шей вместо Лимонова?

(историки Древней Руси обсуждают будущий кабинет министров)