Вонми, о небо, сними шляпу

[mitrius]

Воспоминания А. Н. Тихонова:

-- Ишь, какой леший! -- любовно говорил о нём [Маяковском в Мустамяках] Горький, прислушиваясь к его завываниям. -- Какой он футурист! Те головастики -- по прямой линии от Тредьяковского. А у этого -- темперамент пророка Исайи. И по стилю похож. "Слушайте, небеса! Внимай, земля!" Чем не Маяковский!

"Эти головастики" -- это антилихенты проклятые, а "Тредьяковский" -- это плохо.

И. Грекова, "На испытаниях" (описываемый генерал -- инженерно-технической службы по фамилии Сиверс):

Убежден, что никакой "Екатерины, о!" Тредьяковский не писал. Это был один из величайших поэтов России! Вот, например... - Генерал нахмурился и, понизив голос, торжественно произнес:
Вонми, о небо, я реку!
Земля да слышит уст глаголы.
Как дождь я словом протеку,
И снидут, как роса к цветку,
Мои вещания на долы...

- А и в самом деле неплохо, - заметил Чехардин.
- "Неплохо"? Замечательно! Какое величие, какая сила! "Вонми, о небо, я реку!" Ну, кто еще из российских поэтов решился бы так, запросто,разговаривать с небом?
- Маяковский, - сказал Чехардин. - "Эй вы, небо!"...
- А? Правда, я и забыл. - Генерал снова закрыл глаза.

Здесь как раз Тредьяковский уравнен с пророком Исайей, а Маяковского вспоминает не самый рафинированный персонаж (но и они в мире Грековой умеют цитировать в рифму); по интонации кажется, что Елена Сергеевна Маяковского не жалует. Но все равно Маяковский признан эхом Тредьяковского за тот самый мотив, по которому Горький противопоставлял одного другому. Вот это да. Хотя Грекова, конечно, могла и сознательно реагировать на мемуары Тихонова, почему б и нет...

Comments

[al-silonov.livejournal.com]

Восприятие поэзии -- что дышло, которое даже у одного человека может со временем поворачиваться по-разному, а уж у разных... Тем более, если все оценки даются на уровне эмоций и обычной филологической болтологии. И ты прав, и ты тоже, и эти тоже правы. Ни доказать, ни опровергнуть.

[grdash.livejournal.com]

Белинский:
"правда, и Тредьяковскому как-то раз
удалось написать эти прекрасные стихи;
Воньми, о небо! и реку,
Земля да слышит уст глаголы,
Как дождь, я словом потеку,
И снидут, как роса к цветку,
Мои вещания на долы"
И у Брокгауза сказано, что те же стихи отмечал Шевырев. Т.е. была традиция (интересно, когда возникшая) именно это (или только это) знать и хвалить у Тред-го. Поэтому пассаж Тихонова м.б. то ли нечестным, то ли с двойным дном, то ли еще как-то непростым.

п.с.

[grdash.livejournal.com]

вот как корректно будет сказать: или в сознании Горького, или в сознании Тихонова этот пассаж Тредьяковского присутствовал. И т.д.

[idelsong.livejournal.com]

Забавно, что "Вонми, о небо, я реку!" не имеет отношения к Исайе. Это из Второзакония 32:1-3, то есть имеет отношение к Моисею, а не к Исайе.

А у Исайи 1:2 - "Слушайте, небеса, и внимай, земля, так как Господь говорил".

То есть Маяковского Горький приравнял к Исайе, а Тредиаковского генерал - к Моисею. Впрочем, у последнего это не аллюзия, а стихотворный перевод.

Дождик, дождик, перестань.

[korob-kov.livejournal.com]

Горький наверняка читал Белинского или хотя бы помянутого grdash Брокгауза (автодидакт!).
Я нетвёрдо помню, кто равнял с Тредиаковским, наоборот, Хлебникова (Тынянов?).
Но есть ещё одна незамеченнная параллель: сказанная Маршаком похвала императивной силе детских стихов, которые тоже приказывают светилам и стихиям.