к началу своему... в смысле, к концу...

[mitrius]

..кому ж из нас под старость день Лицея
торжествовать придётся одному?..

Грех оспаривать приговор Всевышнего; справедливость редко имеет эффект драматический, и то, что последним в одиночестве провёл за лицейской чашей три вечера канцлер Империи князь Горчаков, кажется логичным и не привлекает взгляда. Вслед за высшими баллами, золотой медалью (или, кажется, всё-таки Вольховскому сделали скидку на социальное происхождение?), трезвыми советами неистовым друзьям, блестящей карьерой, освобождением Болгарии, воскрешением Черноморского флота, штатским фельдмаршальским жезлом -- еще и последний бонус, интервью в день открытия ПамПуша, и да, та самая последняя чаша.

Но иногда хочется представить на его месте людей вовсе неожиданных, заурядных, не отличников по жизни -- даже из тех, кто умер первыми. Например, ленивого Ржевского, который вопреки первоначальной инфантильности (а может быть, именно поэтому) мог прожить жизнь, достойную своей ныне нарицательной фамилии. А в 1880-е годы видишь его, как одинокого -- вот уж истинно докучного гостя -- строгого барина Вульфа в своём имении, или как друга Дантеса князя Трубецкого на даче в Павловске, болтливого маразматика.

А мог бы всех пережить граф Броглио. Этот бы перебесился и стал министром, например, у Виктора-Эммануила. Савойские министры и побезбашеннее бывали. Или лучше у Наполеона III: тогда он читался бы Брой (как почему-то делали все представители французской ветви рода) и после 1870 года сбежал бы куда-нибудь в Бельгию. Уже воображаешь, при Второй империи, его мстящую дуэль с сенатором Геккерном.

Ну и самая картина маслом: амнистированный Вильгельм где-нибудь в Дерпте :), разумеется, anyway ослепший, диктует Тиночке Обширные Воспоминания. В которых "чего только нет".

Comments

[vadim-i-z.livejournal.com]

Где-то читал, что Горчаков сам уступил Вольховскому первое место, ибо для того оно было важнее; князю легче пробиться.

И, не успев отправить, вспомнил, где.
"Примерное благонравие, прилежание и отличные успехи по всем частям наук, которые оказывали вы во время шестилетнего пребывания в Императорском Лицее, соделали вас достойным получения второй золотой медали, которая и дана вам с высочайшего его императорского величества утверждения. Да будет вам сей первый знак отличия, который получаете вы при вступлении вашем в общество граждан, знаком, что достоинство всегда признается и награду свою получает, да послужит он вам всегдашним поощрением к ревностному исполнению обязанностей ваших к государю и отечеству".

Эти строки записаны в похвальный лист, унесенный Горчаковым из Лицея. Много позже он расскажет:

"В молодости я был так честолюбив, что носил в кармане яд, если обойдут местом".

Честолюбивому Горчакову важно окончить лицей первым, но еще более он радуется (это известно) своему второму месту: первым будет Вольховский (по кличке "Суворочка.") - и такой результат расширяет будущие служебные шансы этого небогатого и без связей одноклассника. Для такого честолюбия, как у князя, очень часто лучшее место - второе, иногда даже последнее (но на пути к самому первому!).

Натан Эйдельман, "Вьеварум".

[mitrius.livejournal.com]

Спасибо!