преемственность воспитания

[mitrius]

В письме Гаспаров упоминает, что Зелинский умудрился вставить в статью об Анненском в Брокгаузе, что "А. любил Гейне, как все, кто не понимает истинно германской души". (Зелинский, анекдотически выискивавший в героях Еврипида еврейский тип и осуждавший "иудаизацию христианства", кажется, был бытовой антисемит польского типа, вроде тех, которые отказались сажать за стол Муни рядом с Брюсовым и окружали Тувима между войнами).

Аверинцев (с которым Гаспаров приятельствовал, кстати) написал о Зелинском статью в Русских писателях, где сокрушается, как культура XIX века недооценивала Рим и Цицерона -- а вот Зелинский придавал Цицерону черты либерального адвоката. И что "педагогические идеи Зелинского, продолжительное время игнорировавшиеся, отнюдь не потеряли своего значения". Чуть выше говорится какие: "отказ от института брака во имя евгеники" (это такое ницшеанство-лайт), "требовательность к учащемуся", "анализ классического текста" плюс польский мессианизм, чтоб всем славянам было Возрождение.

Надо продолжить цепочку и кому-нибудь из нынешних классиков такого же душевно-педагогического типа написать об Аверинцеве :)

Comments

[mitrius.livejournal.com]

Да, это безусловно влияет очень на оценку творчества в целом.

Сто лет назад Сад -- музейный образец патологии, материал для специальных пособий, Казанова -- болтун, оставивший между делом блестящую характеристику Фридриха Великого, и тоже патологическая личность, но попроще.

Сейчас Сад и Казанова -- железные классики не литературные только, а и философские, и теоретики литературы, не хуже своего антипода Буало ;)))) Плеяда, Азбука-Классика, все дела.

[art-serebren.livejournal.com]

Переписывание истории литературы, чтобы потрафить определённой моде, - дело давно известное и в некотором смысле освящённое традицией.

Насколько я помню, цензурные запреты с печатания шедевров де Сада сняли только лет тридцать назад. Дураки, надо было много раньше - чтобы не дразнить запретным плодом вырожденцев вроде Фуко. Глядишь, разрешённый де Сад в классики и не угодил бы.

[mitrius.livejournal.com]

А Казанову двести лет издавали в редакции какого-то товарища, который сделал его, во-первых, строго гетеросексуальным, а во-вторых, чуть ли не революционером. В то время как Казанова был католик и легитимист, несмотря на всё прочее.