авторефлексия

[mitrius]

Из классической работы Алпатова о Марре:

Эффект некомпетентности» при восприятии своего учения Марр использовал и среди лингвистов. Об этом точно сказал выдающийся русский лингвист Е. Д. Поливанов: «Работающие по многим языкам лингвисты сравнительно очень редки... Славист, который читает Марра... скажет, что совершенно ясно — человек просто не знал ничего по истории славянских языков, а вот что касается шумерского или китайского, то там, может быть, Марр и прав. У нас имеется талантливый шумерист... который утверждает, что в шумерской области то, что говорит Марр, это сплошной ужас, что все факты объяснены неверно и что слова, которые называются шумерскими, не существуют в шумерском языке, их нет и не бывало. Ну а вот насчет славянских — неизвестно, может быть, это и верно». Этот эффект усиливался тем, что Марр не так много занимался хорошо известными языками.

Такова судьба если не всякого типолога, то очень многих. "У нас имеется талантливый классик, кавказовед" etc. Скоро и славист появится, и индолог. Мене, текел, парес.

"Молодой человек, сколько лет вы учили суахили и с какими диалектами работали?" (это уже не про меня, правда).

Comments

Они, конечно, правы, но только это еще не все

[mvs.livejournal.com]

Талантливые классики и типологи, имхо, должны помогать друг другу, а не ругать, n'est-ce pas?
Мне нравилось мнение Гумбольдта про это: что, мол, для того, чтобы языки сравнивать на хорошем уровне, они все должны быть описаны на хорошем уровне. И еще несколько странно сравнивать какой-нибудь говор чалкотонго с латинским на равных, потому что в принципе разные явления. А такое впечатление, что многие типологи разницы не видят.

Re: Они, конечно, правы, но только это еще не все

[dmtr.livejournal.com]

И еще несколько странно сравнивать какой-нибудь говор чалкотонго с латинским на равных, потому что в принципе разные явления.

В каком смысле — «в принципе разные явления»? Типологи же сравнивают не языки вообще, а некие их подсистемы.

(или я чего-то не понимаю в типологии...)

Re: Они, конечно, правы, но только это еще не все

[mvs.livejournal.com]

В том, что литературный язык и говор, собранный в поле, служат разным целям, посему у них и устройство разное. Да и отношения исследователя с такими объектами разное. Хотя бы потому, что один существует только в письменной форме, а другой - только в устной.
Нет, у них может быть что-то общее, и, может быть, это общее модно и сранивать, но оно в любом случае имеет разное отношение к своим надсистемам. И это может порушить всю картину. Как - пока не знаю. Но когда-нибудь узнаю.

Re: Они, конечно, правы, но только это еще не все

[alexvolucer.livejournal.com]

По-моему, тут дело в том, что не надо делать слишком далеко идущие выводы - сразу обо всей "картине". Тогда меньше шансов, что она быстро распадётся. Но мне кажется, что в некоторых случаях можно и отвлечься от надсистем. Или не так: то, что имеют разное отношение, заставляет нас ещё больше радоваться, когда мы обнаруживаем действительно сходные явления (когда драматург пишет комедию на латыни, крестьянин на чалкотонго говорит с соседом, но для выражения сильных эмоций они пользуются одинаковыми средствами, если мы проверили, что они правда одинаковые, это здорово).

Re: Они, конечно, правы, но только это еще не все

[dmtr.livejournal.com]

В том, что литературный язык и говор, собранный в поле, служат разным целям, посему у них и устройство разное

Вроде бы цель одна и та же: коммуникация. Различается же статус.

Вопрос ещё и в том, что понимать под «устройством». Если ограничиться, например, морфологией (Мельчук в «Курсе...»), наличие/отсутствие литературной нормы тут абсолютно не при чём. Хотя я не исключаю, что бывают языки, где, допустим, парадигма склонения существительного имеет разный вид в зависимости от того, кто, с кем и о ком говорит.

Да и отношения исследователя с такими объектами разное. Хотя бы потому, что один существует только в письменной форме, а другой - только в устной.

Насколько я понимаю, любое полевое исследование предполагает фиксацию собираемого материала (не в голову же его собирать). И чем лежащая перед типологом письменная фиксация чалкотонго отличается от лежащей перед ним письменной фиксации латинского (для чистоты сравнения пусть обе будут записаны, например, посредством IPA) — убейте, не пойму.

А «разного отношения с объектами» в силу их различного социального статуса у исследователя-типолога быть не должно. Это, IMHO, вопрос профессиональной этики.

Фиксация

[mvs.livejournal.com]

Про фиксацию просто: в одном случае ее фиксирует обычно автор раз и уж по крайней мере носитель языка с устоявшейся письменной традицией - два. А во втором случае - наоборот (пришелец-неноситель). Отсюда, вытекает, что латинский текст, во-первых, будет лишен ощибок из-за недослышки, но будет полон всякого рода неписанными конвенциями для письма (невольный каламбур). Ну, как в русском мы вместо "што" пишем "что" (в последнее время, эти конвенции, слава Богу, иногда нарушаются, но речь не об этом), даже если почти совсем неграмотные. Кто их знает, этих римлян, может у них тоже было правило типа "жи-ши через И".

И уж конечно, латинская интонация потеряна безвозвратно. А кто знает, что в ней было заложено?
А зачем в устройстве ограничиваться морфологией? Нет, можно, конечно, но хорошую ее без фонетики, например, трудно построить.
Про падежи: обычный современный человек не употребит в обычной речи творительный падеж на гласную ("с мамою"). Но пиша стихи или отвечая лингвисту, может о нем вспомнить.

[(Anonymous)]

"Убийство на улице Морг" Эдгара По: каждый свидетель показывал, что убийца был другой национальности, чем он (судил по языку). В результате было раскрыто, что убийца - орангутанг. Говорят, что суждения типа "X - гений, но то, что он пишет в моей области - полная чушь", очень распространены про некоторых громко известных ученых. Т.е. напрашивается вывод, что здесь также эффект орангутанга имеет место быть.

[mitrius.livejournal.com]

Совершенно верно. "Орангутангом душа жить не может" (с) Андрей Белый, поэтому надо переквалифицироваться в слависты.

Оффтопик (по Эдгару По):
Я помню, там один из свидетелей, испанец, был по роду занятий гробовщик (undertaker), а наверх не поднимался, "потому что у него слабые нервы, ему нельзя волноваться". Что ж он себе профессию-то такую выбрал :)))